Морихей Уесиба и религия Омото


В мире айкидо известно как японское воинское искусство, считающемся уникальным искусством самообороны, основанном на глубоких этических принципах. Секта Омото — одна и наиболее значительных так называемых «новых религий» Японии начала 1920-х годов. Перед тем, как на вершине своего влияния в 1935 году секта была жестоко разгромлена милитаристским правительством того времени, в ней насчитывалось почти два миллиона последователей. И хотя айкидо и Омото у большинства людей часто не ассоциируются друг с другом, между ними существует неразрывная связь, потому что тесными личными узами были связаны их ключевые фигуры – Морихей Уесиба и Онисабуро Дегучи.

Морихей Уесибы был преданным учеником Онисабуро Дегучи и много лет состоял в секте Омото. Онисабуро, весьма заметная личность в японском обществе в первой половине 20 столетия, был духовным учителем Морихея. Его учение и постоянная поддержка, которую он оказывал Уесибе, были определяющими факторами в распространении айкидо. Характеры этих двух великих людей контрастны. И очень интересно рассмотреть айкидо и Омото как два параллельно развивающиеся культурные явления и попытаться понять, почему айкидо продолжает распространяться по миру, а динамичных призывов, характерных для Омото предвоенных лет, почти не слышно.

Краткий очерк об Омото.

Для тех, кто мало знает о религиозной секте Омото, я предлагаю о ней краткий очерк. Религия Омото является продуктом объединения усилий двух харизматических фигур – неграмотной крестьянки Нао Дегучи (1837–1918) и гениального Онисабуро Дегучи (1871–1948), под руководством которого секта достигла очень большого влияния в пределах всей Японии и удерживала его до разгрома секты в 1935 году.

Жизнь Нао Днгучи была тяжела и трагична. Она потеряла мужа, и в самом раннем возрасте умерло несколько ее детей. Она была последователем секты Конкокё, которая поклонялась «народному» божеству по имени Кондзин. В 1896 году в возрасте 56 лет, доведенная до грани отчаяния своей нищенской жизнью, она вошла в состояние транса и находилась в нем около двух недель. Позже о ней стали говорить, что в нее вошел благой дух, который был предшественником всех других богов и превосходил их в силе и могуществе.

Несмотря на то, что Нао Дегучи была неграмотной, она начала записывать под диктовку этого высочайшего духа слова — которые сама не могла прочитать. Ее характер, особенно после первого транса, становился все более и более странным, и она редко выходила из своей комнаты и вела себя, как лунатик.

Писания Нао состояли из откровений о духовном мире, а также из непрекращающейся критики современного социального устройства. В них человечеству предлагалось исправиться, развить новую систему ценностей и создать новые институты социальной справедливости. В представлениях Нао Дегучи существовал единый Бог, который считал всех людей равными. Эти идеи, разумеется, противоречили идеям государственного синто, согласно которым императорская фамилия была объектом поклонения, а император считался высочайшим божеством.

Вокруг Нао, в Киото и его окрестностях, начали собираться последователи Нао, а в 1898 году на сцене появился Онисабуро Дегучи, урожденный Кисабуро Уеда. Он сильно интересовался шаманизмом, умел входить в контакт с потусторонними силами и несколько раз пережил трансовые состояния, в которых ему открылась его духовная миссия по спасению человечества. Онисабуро был очень умным человеком, умеющим красиво говорить и ярко себя подать.

В 1900 году Онисабуро женился на дочери Нао, Сумико, и вера Нао стала распространяться с удвоенной энергией. В начале 1900-х годов их деятельность была очень успешной – они активно обращали в свою веру, занимались издательской деятельностью и ко времени смерти Нао в 1918 году создали мощную сеть организаций национального масштаба.

Являясь постоянным источником раздражения для японского правительства, ошеломляющий успех Омотокё стал причиной разгрома этой организации. Учение Омото было гуманистическим и универсальным и находилось в резком противоречии с ультранационалистическими установками, которые действовали в императорской Японии того времени и рассматривали ее как «землю Богов». В 1921 и 1935 годах для прекращения действия секты в ее расположение были направлены полицейские войска, и многие ее руководители были осуждены и заключены в тюрьму.

Во время Второго инцидента Омото секте был нанесен последний сокрушительный удар, и хотя в 1942 году Онисабуро был оправдан и освобожден из тюрьмы, в послевоенной Японии секта не смогла восстановить свою былую популярность. Число ее членов постоянно уменьшалось – частично потому, что она распалась на несколько частей и у нее не было руководителя, подобного Онисабуро.

Несмотря на такой печальный конец, Омото, безусловно, остается одной из наиболее важных «новых религий» Японии. Омото дала рождение многим побочным религиозным направлениям, наиболее известными из которых является Сейчо но Иэ, основанная Масахуро Танигучи.

Морихей и Омото.

Изучение связей Морихей с Онисабуро Дегучи и религией Омото делает очевидным тот факт, что достижение Морихеем выдающегося положения в кругах японских воинских искусств произошло во многом благодаря его союзу с этой сектой. Давайте кратко проследим основные моменты его карьеры в 1919–1935 годах, когда он был активно вовлечен в дела Омото, и обратим особое внимание на его тесные взаимоотношения с Онисабуро Дегучи.

В декабре 1919 года Морихей, живший тогда в Сиратака на севере современного Хоккайдо, получил телеграмму, требовавшую его немедленного возвращения в родной город Танабе, поскольку его отец находился в критическом состоянии. Когда поезд проходил по району Кансай, Морихея поразил разговор с одним из пассажиров, который с энтузиазмом рассказывал о религии Омото. Он говорил об удивительном учении секты, о чудесных исцелениях и харизматическом руководителе Онисабуро Дегучи. Под влиянием этого разговора Морихей немедленно решил заехать в Аябе, где в итоге провел около недели. Молясь на выздоровление отца, он быстро оказался под влиянием харизмы Онисабуро.

Возвратившись в Танабе, Морихей не застал отца в живых. Совершенно понятно, что эта смерть вызвала у него состояние депрессии, и весной 1920 года поисках духовного руководства он решил переехать вместе со своей семьей в центр расположения Омото – Аябе.

Пользуясь состоянием своего отца, Морихей внес в секту значительное финансовое пожертвование, и его семья начала новую жизнь среди последователей Омото. Свою энергию Морихей направил на сельское хозяйство и духовные занятия под руководством Онисабуро. Преданность Морихея духовному лидеру Омото была абсолютной.

Онисабуро с самого начала оценил прекрасные человеческие качества Морихея и его огромный талант в воинских искусствах. Очень быстро завоевав доверие учителя, Морихей стал членом внутренней группы Омото, окружающей Онисабуро. Через несколько месяцев Дегучи подвел Морихея к преподаванию избранным членам сообщества Омото техник Дайто Рю айкидзюцу, которые он изучил у Сокаку Такеда. Свой дом Морихей превратил в маленькое додзё под названием «Уесиба Юкку». Онисабуро написал прекрасную каллиграфию с теми же иероглифами, которые висели в додзё.

Являясь одним из помощников Онисабуро, пользующихся максимальным доверием, и заработав репутацию хорошего мастера воинских искусств, Морихей был представлен многим выдающимся людям, в той или иной степени имеющим отношение к секте. Как раз в это время, в начале 1920-х годов, звезда Онисабуро быстро поднималась, и у Онисабуро был настоящий двор из числа посетителей и последователей, которые толпами приезжали в Аябе.

Положение Морихея в качестве ведущего ученика Омото и его постоянное общение в верхних слоях общества сыграли важную роль в становлении его личности и росте мастерства учителя воинских искусств. Ему приходилось преподавать представителям самых разных слоев общества – от простых фермеров до военных офицеров, которые были старше его по возрасту. Это привело к повышению его статуса внутри секты и установлению широких связей в военных и политических кругах, которые позже сыграли для него неоценимую роль.

Для того, чтобы сделать общую картину яснее, следует упомянуть, что начало деятельности Морихея в секте совпало с наиболее трагическим периодом его жизни. В период между концом 1919 года и весной 1921 года он потерял отца, мать и двух маленьких сыновей. Эти тяжелые личные потери привели его на грань отчаяния. Морихей ухватился за религию из-за потребности найти личное душевное утешение. Личные советы Онисабуро были очень нужны ему, чтобы успокоить сумятицу в своей душе.

В 1924 году Морихей в числе трех наиболее доверенных людей был избран для сопровождения Онисабуро в его секретной миссии в Монголию. После Первого инцидента Омото Онисабуро был освобожден из тюрьмы под залог и за попытку выехать из Японии рисковал подвергнуться новому аресту. Кроме того, истинной целью поездки в Монголию было образование нового независимого государства. Район Монголии и Манчжурии был одним из центров политических и военных интересов Китая, Японии, России и других стран, стремящихся к политическому и экономическому контролю над этим регионом. По всем вышеизложенным причинам в предстоящем весьма рискованном предприятии могли принимать участие только те, кому можно было больше всего доверять.

Судьбе было угодно, чтобы Онисабуро и члены его группы были арестованы местными военными властями и отправлены на казнь. Только вмешательство японского консула в последний момент спасло их от смерти. Трудности монгольской экспедиции и эта встреча лицом к лицу со смертью способствовала укреплению личной связи между Онисабуро и Морихеем, и связь эта никогда уже не прерывалась.

Когда с 1925 года Морихей стал преподавать в Токио, Онисабуро активно поощрял его к тому, чтобы он отказался от размеренной жизни в Аябе и начал в Токио новую карьеру – карьеру профессионального учителя воинских искусств. Такая возможность появилась тогда, когда адмирал Исаму Такесита, большой любитель воинских искусств, узнал о способностях Морихея от своего коллеги лейтенанта-коммандора Сейкьё Асано, который являлся членом Омото и с большим энтузиазмом занимался под руководством Морихея в Уесиба Юку.

После того, как Морихей стабильно обосновался в Токио и в 1931 году открыл собственное додзё, которое работало очень успешно, Онисабуро вновь продвинул карьеру Морихея, создав в 1932 году Будо Сеньокай. Являясь своеобразным филиалом Омото, эта ассоциация способствовала расширению области деятельности Морихея, организуя изучение воинских искусств в отделениях Омото по всей Японии. В итоге размах преподавательской деятельности Морихея и количество учеников, занимающихся по его системе, увеличились во много раз. Вследствие этого вырос его авторитет в кругах воинских искусств.

Тесные связи Морихея с Омото и Онисабуро были резко разрушены в 1935 году, когда однажды ранним утром милитаристское правительство организовало налет на место дислокации ядра секты. Онисабуро, его жена Сумико и главные руководители Омото были арестованы, осуждены и заключены в тюрьму. Морихей, которого тоже должны были арестовать, избежал аналогичной участи только благодаря своим близким связям с высшим руководством полиции Киото.

Это второе нападение на секту, имеющее целью «не оставить от Омото камня на камне», имело для Морихея далеко идущие последствия и в профессиональном, и личном плане. Сразу же разрушилась сеть залов Будо Сеньокай. Морихей больше не мог открыто поддерживать отношения с последователями Омото и держать на видном месте образы и символы, связанные с этой религией. Второй инцидент и его последствия был для Морихея тяжелым ударом, поскольку в течение предшествующих 15 лет его жизнь была связана с Омото и он до сих пор относился к Онисабуро с величайшим уважением.

Это был и большой личный удар. Учитывая заметную роль Морихея внутри секты и главенствующую роль в Будо Сеньокай, многим руководителям секты казалось очень подозрительным то обстоятельство, что Морихей избежал ареста. Кое-кто считал его Иудой, предателем дела Омото. Разгром Омото и отрицательное отношение к Морихею его лидеров привели к тому, что до самого окончания Второй Мировой войны никаких связей с Омото у Морихея не было.

Более десяти лет Морихею не суждено было встретиться с руководителем Омото Онисабуро, пока он находился в заключении в Камеока и был болен. Постепенно основатель айкидо восстановил свои связи с Омото и многими своими друзьями и знакомыми довоенного времени. После смерти Морихея в 1969 году часть его волос была помещена в семейном склепе в Аябе как свидетельство его преданности своей судьбе.

 

Связь Морихея с Омото как палка о двух концах.

Как мы видели, связь Морихея с Онисабуро и Омото была сопряжена для него с серьезным личным и профессиональным риском. Онисабуро привлекали грандиозные планы – такие, как необходимость социальных реформ, равенство людей, братство мировых религий, мир и сотрудничество между государствами, и его действия на каждом шагу вызывали гнев властей. Онисабуро был прекрасным пропагандистом и искусно пользовался средствами массовой информации. Он вкладывал большие средства в различные печатные издания и даже купил одну из крупных ежедневных газет, выходящую в 1920-х годах — Тайсо Ничиничи Синбун. Именно успех публицистической деятельности Омото и создание многочисленных вспомогательных организаций, часть которых имела почти милитаристский характер предопределили то, что секта стала объектом для вмешательства со стороны правительства.

Во время правительственного рейда на Омото в феврале 1921 года, известного как Первый инцидент Омото, Морихей находился в Аябе. В 1924 году он сопровождал Онисабуро в его путешествии в Монголию, которая едва не привела их к расстрелу. В декабре 1935 года Морихея намеревались арестовать, и он едва избежал заключения.

В этом смысле связь Морихея с религией Омото была обоюдоострым мечом. С одной стороны, создание Онисабуро Будо Сеньокай помогло Морихею распространить свое искусство и влияние далеко за пределы того, что он мог бы сделать самостоятельно. Более того, большое число его учеников предвоенного периода были последователями Омото или так или иначе связаны с сектой.

С другой стороны, Омото рассматривали как экстремистский религиозный культ, расширение деятельности которого представляло угрозу обществу. Секта носила позорное клеймо во многих кругах. В частности, к этой религии плохо относился один из наиболее важных покровителей Морихея, адмирал Исаму Такесита. Когда Морихей в 1920-х годах впервые начал преподавательскую деятельность в Токио, Такесита и другие склоняли Морихея к тому, чтобы он держался подальше от этой секты, чтобы его лучше принимали в кругах известных людей, где он проводил тренировки. Но Морихей остался верен Онисабуро и отказался последовать этому совету. Несмотря на это благодаря своим способностям и личной харизме сумел собрать преданных последователей своего искусства.

В 1935 году, когда произошел Второй инцидент Омото, из-за связей Морихея с сектой власти стали считать его преступником. Он подвергался физической опасности и страдал от неопределенности, поскольку почти месяц был вынужден скрываться. Те, кто знали его лично, очень хорошо понимали, что он вовсе не был человеком, который бросает вызов властям – однако из-за связей с Омото его репутация была запятнана.

Айкидо и Омото – некоторые контрасты.

И Морихей, и Онисабуро – каждый по-своему – должны были изменить мир. Обоим в разной степени это удалось. Онисабуро бросил вызов предвоенному политическому устройству и стал рупором противников агрессивной политики государства и у себя в стране, и за рубежом. Он выступал против той несчастной судьбы, которая ожидала страну, втянутую в состязание и войну. Историю полностью подтвердила его правоту, но сам он заплатил за это дорогой ценой, потому что за семь лет заключения его здоровье было подорвано, а его действия привели в жертву будущее Омото.

Айкидо Морихея получило признание гораздо позже, так как стало распространяться в Японии и за границей после войны. Хотя и он, и Онисабуро имели одинаковые взгляды на вопросы духовности и морали, воплощение этих идей через посредство айкидо не выглядело угрозой в глазах силовых структур государств, в которых айкидо было представлено. Гармоничная природа айкидо обеспечила его успех и распространение в мировом масштабе. Его широкое признание объясняется тем, что оно не вмешивается в политику и следует высоким моральным стандартам. И есть какая-то ирония в том, что религия Омото известна сегодня в большой степени из-за того, что айкидо имеет с ней историческую связь.

 

Автор перевода Елена Петрова